Чёрная магия - Глава 5
СОКРОВИЩНИЦА ВОЛШЕБНЫХ ТЕОРИЙ ПОТТЕРИАНЫ
Новости
Теории
Фанфики
О нас
Форум

Чёрная магия - Глава 5

И связь души, и смерть—
Всё спутано извилистой судьбой.
Но сила выжить там поможет,
Где Тьма неспешною волной
Накатывает и сердце твоё гложет.

Гарри уже почти выдохся. Сила была на исходе, а это означало неминуемую смерть. Он понимал, что скоро энергия закончится окончательно и тогда он останется здесь навсегда, но неожиданно в него стал вливаться поток странной, неповторимой магии. Откуда она шла к нему, было не очень понятно, но Поттер был сейчас рад любой помощи, неважно из какого источника она проистекала. Пусть хоть от Вольдеморта— он бы сказал ему за это спасибо. Потом бы, правда, всё равно убил, но поблагодарил бы обязательно. Хотя в том, что ему помогал Тёмный Лорд, у него были большие сомнения.
Гораздо вероятней было то, что в этом виновата та самая девушка, Изменяющая судьбу, с которой он повстречался в Хогвартсе. Больше ничего, что могло бы объяснить происходящее, ему в голову не приходило. Но как бы там ни было, заёмная сила оказалась весьма кстати. И сейчас Гарри шёл вперёд уже практически только на ней. Хотя оставался ещё один резерв, к которому, судя по всему, скоро придётся прибегнуть— Магия Крови. К ней почти никогда не обращались, потому что данный вид Искусства был очень капризным и в то же время могущественным. На него влияли сотни различных факторов, учесть которые было очень сложно. Поэтому, используя эту магию, можно было получить прямо противоположный от запланированного результат. Но ему выбирать не приходилось.
Гарри продолжал идти вперёд, у него было такое ощущение, что он уже целую вечность ищет выход, упорно не желающий показываться. Собственно, слово «искать» тут не очень подходило, так как найти путь из царства мёртвых было невозможно просто потому, что его не существовало. Что же тогда делал Гарри, на что уходила вся его сила? О, он попросту творил дорогу, щедро напитывая энергией жадное до силы пространство Бездны, которая в обмен разрешала ему немного изменить часть самой себя. Точнее пытался творить, потому что это оказалось совсем не просто— по сути это было практически невозможно. Но парень не сдавался. Как говорится, если долго мучиться, то что-нибудь обязательно получиться. Вот Поттер и мучился— очень уж ему хотелось ещё хоть чуть-чуть побыть живым.
Сколько Гарри шёл на заёмной силе он не знал, но в какой-то момент почувствовал, что вскоре поток прервётся. Надо было срочно что-то делать. Парень зачерпнул остатки собственной силы и всё ещё поступающей извне, и создал из них, просто представив нужное, изящную серебряную чашу и небольшой стальной кинжал— здесь это не составляло никакого труда. Не теряя времени, он полоснул им по запястью и подставил, под весело побежавший из раны тёмно-багровый ручеёк, чашу. Так он стоял, пока она не наполнилась. Когда же это произошло, он сотворил буквально из последних крупиц энергии бинт и наложил его на порез. В этот самый миг и заёмная и личная сила закончились. Спасла Поттера от неминуемой гибели быстрота реакции и нацеженная в чашу влага жизни.
Почувствовав, что энергия покидает его, он произнёс древнюю магическую формулу и сделал не менее древний колдовской жест. Окружающее его пространство, казалось, вздрогнуло, ощутив силу крови, а сама багровая жидкость вспыхнула неестественным фиолетовым пламенем. Этого должно было хватить на какое-то время, но вот что потом? У Гарри были большие сомнения, что девушка, снабжавшая его силой (он принял это за основную гипотезу), сможет восстановиться так быстро. Его личная сила тоже восполниться не успеет и тогда... Поттер выругался и задумался, что же делать.
Наконец, он пришёл к какому-то решению и, подняв чашу перед собой, начал шептать сперва заклинание Поиска, а затем Перемещения. В обычных условиях он бы вряд ли смог осуществить последнее, но сейчас, когда у него была сила крови, можно было попытаться. Резкая боль, последовавшая через мгновение, и чувство что его разрывают на мельчайшие кусочки, дали знать, что что-то у него получилось. Когда он пришёл в себя, то обнаружил над своей головой кроны каких-то странных, невиданных им никогда прежде деревьев.
«Получилось...»— с облегчением подумал Гарри.
Это был Оазис Мерлина.
***
«... также иногда называемый Островом Анубиса, Домом Аида, Обителью Тьмы и десятком других имён, расположен по преданию в Царстве Смерти и является относительно стабильным местом некромира, где странник может восстановить силу и откуда легче всего попасть в наш мир. Также там можно безо всякого риска и каких бы то ни было ухищрений вызвать любой дух. Но разыскать этот клочок реальности в безбрежности Бездны чрезвычайно сложно, а потому магов, побывавших там, можно пересчитать по пальцам одной руки»— Ангелина с интересом читала ещё одну позаимствованную из запретной секции книгу, попивая при этом кофе.
После ознакомления с первым фолиантом, посвящённым Магии Смерти, ей чрезвычайно сильно захотелось узнать об этом виде Искусства побольше. Да и, помимо всего прочего, у неё были основания считать, что Гарри Поттер находится сейчас именно в Царстве Смерти. Надо сказать, что поняла это она уже довольно давно, с полгода назад. А именно тогда она стала плохо его чувствовать.
На следующее после прочтения книги по некромагии утро, девушка ощутила чудовищную слабость и сильный голод. С трудом спустившись на завтрак, она съела в пять раз больше, чем обычно. На неё удивлённо глазели, но интересоваться её внезапно проснувшимся аппетитом не стал никто. Все давно уяснили, что если Ангелина захочет что-то рассказать, то сделает это сама. В противном случае разговорить её было невозможно, зато нарваться на какое-нибудь мелкое болезненное проклятие, посланное раздражённой девушкой, было легче лёгкого.
Поев, она отправилась к себе. По дороге к ней пристал один из однокурсников, попытавшись пригласить в Хогсмид, но она так посмотрела на него, что он поёжился и, извинившись, ретировался от греха подальше. Сидя в своей комнате, Ангелина почти физически ощущала, как что-то высасывает из неё силу. Не прошло и часа как она снова захотела есть и, сходив на кухню, опять уничтожила столько снеди, сколько хватило бы на пять человек.
На следующий день во время завтрака, Ангелина съела похоже ещё больше. Слегка забеспокоившийся профессор Слагкхорн (назначенный деканом Слизерина после смерти Снейпа), даже поинтересовался всё ли с ней в порядке, а Дамблдор прямо таки впился взглядом, словно размышляя о чём-то. В то утро также сообщили о смерти Гарри Поттера. Совы доставили подписанным на него студентам «Ежедневный пророк», на первых полосах которого красовались фотографии лежащего в луже крови тела молодого парня и огромный заголовок: «Мальчик-который-выжил покончил жизнь самоубийством».
Ей самой, кстати, совы ничего не принесли, потому что у неё не было ни денег, ни родителей, чтобы оплатить подписку. Но она, честно говоря, была даже рада, что Алиса <от Аделаида, с др. германского— из благородного сословия> и Аурум Льюисы погибли сразу после её рождения— они были чистокровными магами и рьяными сторонниками Вольдеморта, и растратили всё свое немалое состояние на то, на что приказывал им их «Лорд», которого девушка просто презирала. Ну, в самом деле, разве деятельность этого кровавого маньяка достойна чего-то кроме смачного плевка в его бледную харю? Сильный тёмный маг, а чем занимается? Ведёт совершенно бессмысленную и нелепую бойню за власть! Но это так, лирическое отступление. Вернёмся к новостям о самоубийстве Поттера.
Надо сказать, что Ангелину эти известия сильно взволновали— хоть она и знала, что Гарри жив, но что-то нехорошее с ним определённо произошло. А поскольку на фотографиях он вне всяких сомнений действительно был мертвее мертвого, девушка задумалась, что же произошло. И вскоре пришла к выводу, что парень, скорее всего, воспользовался какой-то разновидностью некромантии, вероятнее всего «Сумерками бытия», упомянутыми в книге по Магии Смерти.
Придя к такому выводу, она решила изучить все материалы по некромагии, которые были в Хогвартсе. И с тех пор регулярно читала литературу по этому вопросу, умудрившись ни разу не попасться ни преподавателям, ни мадам Пинс, хотя пару раз она была на грани провала.
Где-то через месяц она хотя бы приблизительно разобралась, что же происходит с ней и почему она столько ест, не поправляясь при этом ни капли, а, наоборот, умудряясь ещё и худеть. Ответ был прост— Гарри вытягивал из неё силу. Зачем? Это было обусловлено самой структурой мира смерти. Для того, чтобы существовать там нужно было или действительно быть мёртвым или сдерживать загребущие лапы старухи с косой с помощью магической силы, что Поттер и делал, используя возникшую между ними связь в качестве канала в мир живых, а саму Ангелину в качестве батарейки. Только вот дело было в том, что рано или поздно даже постоянно подзаряжаемый аккумулятор приходит в негодность.
Так что неудивительно, что ещё через месяц девушка почувствовала, что не может отдать ему ни капли силы— её едва хватало на самые простые заклинания. Но Гарри каким-то образом выкрутился. Она почувствовала, как он сотворил очень мощное, неизвестное ей заклятие, а затем сила начала течь уже в обратном направлении— от него к ней.
Почему это произошло? Ангелина могла только догадываться, но эти смутные предположения постепенно подтверждались информацией, черпаемой ей в книгах по Магии Смерти. Когда же она прочитала подлинник трактата «О сокровенной философии» Агриппы Генриха Корнелия Неттесгеймского <сноска 2>, не имеющий ничего общего с тем никчёмным переделанным вариантом этой книги, который можно было найти у магглов, то окончательно утвердилась в мысли, что Поттеру посчастливилось попасть в Оазис Мерлина.
Но как бы там ни было, а жизнь шла своим чередом, и завтра Ангелине предстояло сдавать выпускные экзамены. Она же, меж тем, совершенно к ним не подготовилась. Её постоянно преследовала мысль о том, сможет ли Поттер вернуться обратно, ведь таких случаев, когда маг пробыл в Царстве Смерти больше, чем несколько дней и вернулся обратно, в истории магии ещё не было.
***
Время очень интересная штука и в некоторых местах оно отсутствует как факт. Как раз в таком месте и находился Гарри. Он не знал, сколько прошло времени в мире жизни, да и, честно говоря, в данный момент вообще об этом не думал. Он сидел в сотворённом им самим доме перед камином и рассеянно смотрел в магический огонь— другой здесь отказывался гореть. Причиной столь глубокого уныния послужил проведённый перед этим магический опыт, закончившийся полным провалом.
Поттер попытался найти и вызвать душу Гермионы, но его постигла неудача. Девушка словно растворилось и никакие заклятия не могли ни обнаружить её местонахождение, ни вызвать к нему. Так он и предавался хандре, пока его не посетила одна весьма интересная мысль.
«А вдруг душа Гермионы вовсе и не в мире мёртвых?»— Гарри взволнованно вскочил и начал ходить по комнате,— «Что если просто расширить поиск?»
Поттер решительно взмахнул рукой, и домик растворился в сероватой мгле, в которую это место было погружено всегда. Это не стоило ему практически никаких усилий— здесь всё было настолько же переполнено силой, насколько во всём остальном некромире её не хватало. Так что, очутившись здесь едва живой от потери энергии, Гарри очень быстро пришёл в себя и немедля занялся поисками души любимой, окончившимися, как уже было сказано выше, неудачей.
Теперь же Гарри воспроизвёл в памяти необходимую последовательность символов и пропустил через неё окружающую его силу, заставляя заклятье поиска искать одну конкретную девушку, причём направил он его в этот раз на обычный мир. Какое-то время ничего не происходило (какое— неизвестно, ведь в Царстве Смерти, как вы помните, не было времени), но потом заклятье зацепилось за искомый объект. Только вот что странно— магия сообщила, что та, кого он искал, жива. И более того, она показал ему визуальный образ той, в ком сейчас находилась душа Гермионы. Это была та самая студентка Слизерина— провидица и Изменяющая судьбу, благодаря которой он уже в который раз выживал. Но как такое могло быть? Ведь эта девушка уже родилась и вполне успешно училась в Хогвартсе, когда Гермиона была ещё жива.
***
Ангелина с тоской посмотрела в билет по Защите от Тёмных Искусств. Она не знала ответ ни на один вопрос. Вы можете спросить, почему же она не воспользовалась своим талантом провидицы, чтобы узнать, что ей попадётся. Но ответ тут простой и очень банальный— преподаватели не были идиотами и попросили Дамблдора на всякий случай поставить защиту и от предвиденья.
И вот то, что девушка некоторое время плевала на учебу с высокой колокольни и занималась изучением некромантии, наконец-то сказалось. Если бы её спросили, как вызвать дух мертвого человека или ещё что-то подобное, она бы ответила очень подробно, с описанием всех известных ей точек зрения на этот предмет, а так... а так приходилось сдерживать чрезвычайно сильное желание с досады грызть ногти и ругаться матом.
Когда слизеринка уже совсем отчаялась, в её памяти вдруг стали появляться необходимые для ответа знания. Это её, конечно, удивило, но и только. Мало ли, может она всё же когда-то читала об этом, а сейчас в стрессовой ситуации информация всплыла из глубин памяти? Но последовавшие вслед за этим события наглядно показали, что дело здесь явно не в этом: когда она начала писать ответы на вопросы, её почерк изменился— стал чётким и красивым, как у каллиграфа. Но это ещё что... А вот когда она подошла к принимающим экзамены волшебникам и сдала листок с ответами, то оказалось, что она забыла подписаться. Понятное дело её попросили исправить это досадное упущение, что она и сделала, рассеяно черкнув своё имя. Вернее она подумала, что свое.
Выйдя из кабинета, где проходил экзамен, она отправилась в большой зал, где выпила чая. После этого она немного повторила материал по трансфигурации, а затем направила свои стопы к кабинету МакГоннагал. До экзамена был ещё целый час, поэтому там никого не было. Девушка стояла и нервно покусывала губы, так как сегодня она ещё никогда не волновалась, даже когда сдавала нумерологию.
Наконец, время настало, начали подходить другие ученики, а затем и волшебники из комиссии, которые принимали этот экзамен. Ангелина решила зайти первой и, протолкавшись к самой двери, сразу же юркнула внутрь кабинета, как только МакГоннагал, также присутствовавшая здесь, объявила, что можно заходить.
Взяв первый подвернувшийся под руку билет, она едва успела сдержаться, чтобы не выразить своё отношение к миру громким нецензурным воплем. Ну почему ей попался единственный билет, который она не успела выучить? Чёрт! Ангелина в полной прострации уселась за парту и начала погружаться в пучину отчаяния.
Но тут, как и на Защите, у неё в голове стали возникать все необходимые знания. Быстро написав ответы на вопросы, девушка выполнила несколько заданий экзаменаторов по превращению различных предметов. Причём некоторые из метаморфоз <от латинского «metamorphosis», что означает «превращение»> она совершенно точно никогда прежде не учила и не отрабатывала на практике. Однако вновь возникшая в её голове информация, похоже, сопровождалась ещё и прикладными навыками.
Ответила она безупречно, но МакГоннагал почему-то сверлила её удивлённо-подозрительным взглядом. В конце концов, Ангелина списала странное поведение профессора на то, что та не ожидала от забросившей в последнее время учёбу ученицы такого блистательного ответа.
Однако, она ошибалась. Это стало ясно, когда вечером её вызвали к директору. Сопровождала её в кабинет Дамблдора почему-то декан Гриффиндора, по дороге бросавшая на девушку очень странные взгляды, которые той совсем не нравились. Назвав горгулье пароль, Минерва пропустила лучшую ученицу вперёд, на открывшуюся за каменным чудовищем лестницу. Ангелина с выражением абсолютного спокойствия на лице, совсем не вязавшимся с тем, что она чувствовала на самом деле, ступила на неё и вскоре была вознесена прямо к двери, за которой скрывался кабинет директора школы. Внутри ей прежде бывать не доводилось, поэтому, зайдя в комнату, она стала исподтишка её разглядывать. Но ничего интересного, кроме, пожалуй, огромного количества портретов волшебников возглавлявших когда-то Хогвартс, тут не было.
Сам профессор Дамблдор сидел за столом, откинувшись на спинку похожего на трон кресла, и внимательно смотрел на девушку.
«Даже слишком внимательно»— решила слизеринка. Ей всё это очень не нравилось.
Директор же меж тем нарушил молчание и обратился к ней голосом заботливого добродушного дедушки, правда на Ангелину это никакого впечатления не произвело— она как ожидала какой-нибудь пакости, так и продолжала ждать её.
— Мисс Льюис,— начал глава Ордена Феникса,— Я позвал вас, чтобы обсудить ваши выпускные экзамены,— и замолчал, словно давая Ангелине возможность высказаться.
Та лишь молча посмотрела на Альбуса— она не собиралась ничего говорить. В конце концов, это она зачем-то понадобилась директору. Незачем облегчать ему задачу и задавать наводящие вопросы.
Тот же, поняв, что никаких ответных реплик не дождётся, устало вздохнул и продолжил:
— Точнее не сами экзамены, а то, как вы оформили ваши ответы. Можно у вас поинтересоваться, зачем вместо того, чтобы поставить на своей письменной работе собственное имя, вы подписались фамилией уже умершего человека?
— Я не понимаю, о чём вы говорите,— немного растеряно отозвалась Ангелина. Она не помнила, чтобы подписывалась как-то иначе, хотя это и понятно: она тогда так волновалась, что ей ни до чего дела не было. Но кое-какие подозрения тут же забрезжили в её мозгу с тем, чтобы через несколько мгновений полностью подтвердиться.
— Вот взгляните,— протянул девушке листок с ответом Дамблдор, чтобы освежить ей память.
Она послушно взяла его и глянула туда, где должна была стоять её подпись. Но вместо фамилии Льюис там красовалась другая.
«Г. Грейнджер»— вот что значилось на листке.
— Как... что...— слизеринка уже ничего не понимала.
Но через несколько мгновений она немного собралась с мыслями и выразила их более связно:
— Извините, профессор, но это точно моя работа? Всё-таки и почерк не очень похож, да и я никогда не стала бы так поступать. Зачем мне подписываться чужим именем? Не вижу никакого смысла.
— Гм,— нахмурился старый волшебник,— Видите ли, мисс Льюис, как вы правильно заметили, в этом нет никакого смысла, но, мы специально проверили, эта работа единственная, которая может принадлежать вам. Все остальные подписаны вполне обычно и вашего имени нет ни на одной из них. Так что, боюсь, это именно ваш листок. Но, как я вижу, вы и сами не особенно понимаете, как это случилось, поэтому давайте разбираться вместе. Хорошо?
— Хорошо,— согласно кивнула девушка, ей и в самом деле хотелось разобраться в происходящем.
— Итак, скажите, пожалуйста, как вы себя чувствовали вчера? Не нервничали случайно?
— Нервничала, конечно, экзамены ещё никого совершенно бесстрастным не оставляли.
— Я имею в виду больше обычного.
— Да нет, пожалуй,— после некоторого раздумья ответила слизеринка, мысленно отметив, что больше обычного она не волновалась только вчера, а вот на самом экзамене...
— Понятно,— задумчиво протянул Дамблдор и спросил, словно угадав её последние мысли,— А непосредственно на экзамене ничего странного не было?
— Да нет, не было,— соврала девушка, ей почему-то не хотелось ничего рассказывать директору,— А почему вас так интересует моё душевное состояние? Думаете, мне пора в клинику для душевно больных?
— Нет, что вы,— смутился директор (хотя гораздо вероятнее, что он просто сделал вид),— Просто дело в том, что подобное уже бывало прежде и во всех таких случаях, как правило, люди очень сильно волновались.
— Так это явление известно?— с неподдельным интересом спросила Ангелина.
— Да, известно,— ответил Дамблдор,— Вижу, вас это заинтересовало? Ну что ж... вы имеете право знать, даже если это всего лишь подозрение. Возьмите в запретной секции книгу под названием «Перерождения». Профессор Слагкхорн выдаст вам разрешение.
— Спасибо,— поблагодарила девушка.
— Не за что,— не менее вежливо ответил глава Хогвартса и взглянул на профессора МакГоннагал, всё это время простоявшую около двери,— Минерва, будь добра, проводи мисс Льюис в гостиную её факультета.
— Хорошо, Альбус,— кивнула декан Гриффиндора и посмотрела на Ангелину.
Та поняла, что аудиенция закончена и, попрощавшись, вышла из кабинета школьного начальства. По дороге она не вытерпела и поинтересовалась у МакГоннагал:
— Извините, профессор, но почему вы так странно на меня поглядываете?
Та в своей обычной манере поджала губы и сухо ответила:
— Потому, мисс Льюис, что ваше поведение на экзамене по трансфигурации, сама манера двигаться и произносить заклинания несколько изменились,— тут её голос невольно смягчился, словно она вспомнила о ком-то, с кем у неё были связаны очень хорошие воспоминания,— Вы были очень похожи тогда на одну мою ученицу.
— Умершую ученицу,— добавила она через несколько секунд и, кивнув на прощание, пошла куда-то по своим делам.
Перед Ангелиной был вход в гостиную Слизерина.
— Gloria mundi <мирская слава. лат. яз>,— назвала пароль слизеринка и зашла внутрь.



© Hp-Theory.ru, 2004-2010 гг. Все права защищены.
Проект является некоммерческим и не предназначен для получения прибыли или извлечения иной материальной выгоды. Все литературные персонажи, упомянутые на страницах сайта, принадлежат Дж.К. Роулинг, Scholastic Inc, редакции Bloomsbury, и AOL/Time Warner Inc.

Potter-Fanfiction Архивы Кубискуса